Loading...

«В нашей работе бывает всякое». Областной челюстно-лицевой хирург Бурцев о медицине на Луганщине, вузе-переселенце и пандемии

«В нашей работе бывает всякое». Областной челюстно-лицевой хирург Бурцев о медицине на Луганщине, вузе-переселенце и пандемии

Отделение челюстно-лицевой хирургии в Рубежном в 2015 году было создано с нуля. До этого «тяжелым» пациентам приходилось ездить на лечение в Харьков или оккупированный Луганск. За пять лет тысячи жителей области получили квалифицированную помощь, сотни студентов-медиков приобрели не только теоретические, но и практические знания, а город стал на шаг ближе к качественной медицине.

Общественно-политический обозреватель «Трибун» пообщался с областным челюстно-лицевым хирургом, ассистентом кафедры стоматологии Луганского медицинского государственного университета (ЛГМУ) Алексеем Бурцевым, который приложил все усилия, чтобы это стало возможным.

Когда и почему вы решили стать врачом?

Стать врачом я решил еще в начальных классах школы. Когда на одном из уроков мы проходили опрос, я поставил в графе именно эту профессию. На вопрос учителя: «Почему?», я написал: «Потому что хочу помогать людям». Это не случайно. В моей семье практически все медработники. Помогать людям, оказываясь в непростых ситуациях и принимать сложные решения, мне прививали с детства. Я видел, какой непростой труд хирурга, когда бессонные ночи, когда рано уезжаешь на работу и поздно возвращаешься, когда накапливается усталость и не всегда есть понимание не только среди пациентов, родственников и коллег, но и среди других людей. Быть врачом – это большая ответственность, ведь в твоих руках не только здоровье пациента, но и зачастую — его жизнь.

Почему челюстно-лицевая хирургия?

Все началось в студенческие годы. На кафедре стоматологии есть несколько основных дисциплин: это терапевтическая, ортопедическая, ортодонтия, детская и хирургическая стоматологии. В Украине до сих пор нет специальности челюстно-лицевая хирургия. Эти знания можно приобрести, отучившись и получив диплом специалиста, а после — пройдя вторичную специализацию. Челюстно-лицевым хирургом, как правило, работают сотрудники областной больницы, и делают более расширенные операции, которые требуют дополнительного вмешательства, внимания и ответственности.

Немного хронологии. Сам я из Старобельска, где закончил местную гимназию, после чего поступил в Луганский государственный медицинский университет. С 2007 по 2012 год я там обучался, с 2012 по 2014 год у меня проходила интернатура в Луганске, как таковой работы у меня не было. За 2-3 недели до начала трагических событий на Донбассе, мы получили дипломы украинского образца. Некоторым нашим коллегам, получившим дипломы позже, повезло меньше и им приходилось их подтверждать.



Можно сказать, что свою врачебную карьеру начинал в Старобельске и Новопскове. Я был обыкновенным стоматологом, но работал в хирургическом кабинете. На тот момент это было правильно, ведь в нашем регионе, как и тогда, так и сейчас, дефицит специализированной хирургической помощи. В период с конца 2014 по 2015 год я проходил вторичную специализацию в Полтавской областной больнице, где получил квалификацию стоматолог-хирург. Там же, в областной больнице, в челюстно-лицевом отделении во время специализации посещал операции. В 2015 году я приехал работать на должность челюстно-лицевой хирурга Луганской областной клинической больницы в город Рубежное, где мы и по сей день стараемся держать службу на уровне.

На уровне? А каким критерием это можно измерить?

В 2015 году челюстно-лицевой службы не было вообще и все «тяжелые» пациенты направлялись либо в оккупированный Луганск, либо в Харьков. В Полтаве мы работали в комфортных условиях, приехали сюда, а здесь вместо полноценного отделения – стационар хирургический, где есть специалисты сосудистой, практологической и лапароскопической хирургии, а также койки челюстно-лицевой хирургии. Нам необходимо было постепенно приобретать аппаратуру, искать помощь волонтеров и все остальное. Спасибо руководству областной больницы, которое все это время нас поддерживало .

Ежегодно мы проводим порядка 3 тыс. амбулаторных, а также от 300 до 500 стационарных операций. Умножьте на пять лет работы в нашем регионе и поймете, сколько людей получили помощь. Для кого-то это может показаться сухой статистикой, но это реальные люди. Конечно, если бы было полноценное отделение с набором сотрудников и соответствующим оборудованием, мы смогли бы сделать гораздо больше, но жаловаться — грех. Мы делаем все, что в наших силах.

Кстати, в прошлом году мы впервые за пять лет смогли организовать первую конференцию челюстно-лицевых хирургов, на которую приехали специалисты со всей Украины. В течение двух дней были показаны презентации, а также проведены три оперативных лечения под общим наркозом тех пациентов, которые ранее не оперировались.

В очередной раз хочу поблагодарить коллег, что нашли время и приехали на многострадальную Луганщину, чтобы не словом, а делом помочь и поддержать нас в этот непростой период. .

Кого вы назвали бы своими учителями?

Первым своим серьезным учителем я считаю заведующего отделением челюстно-лицевой хирургии Полтавской областной клинической больницы Кравченко Сергея Борисовича. Именно он привил мне любовь к челюстно-лицевой хирургии. Также выделил бы главного хирурга Луганщины Игоря Владимировича Иоффе, который посоветовал мне повысить квалификацию и направил в Полтаву, чтобы я прошел вторичную специализацию и вернулся обратно. На тот момент в регионе шли активные боевые действия и я мог принести пользу обществу.
Еще одним своим учителем я не побоюсь назвать главного челюстно-лицевого хирурга Киевщины Рыбака Василия Анатольевича, который внес и продолжает вносить свой вклад в развитие медицины в нашей стране.

Помните ли свою первую сложную операцию?

Не бывает простых или сложных операций. Любая операция требует предельной концентрации, даже удаление подвижного зуба. Если говорить о тяжелой операции по каким-то компонентам, требующим длительных вмешательства, длительного оперативного лечения и объему травмы, то безусловно, помню. Это был перелом челюсти. Я тогда приехал после специализации из хирургической стоматологии в Старобельск и мне пришлось шинировать первого пациента. Тогда у меня были только теоретические знания. Здесь же пришлось принимать решение самостоятельно, без помощи товарищей и старших врачей, которые владеют данными навыками. К счастью, поставленная задача была выполнена — человек получил своевременную помощь и выздоровел.

Случалось ли проводить операции в, скажем так, экстремальных условиях?

Есть такая служба как санавиация, то есть, служба быстрого реагирования, когда «тяжелый» больной нуждается в срочной помощи на месте или же необходима его эвакуация в другое учреждение, если для этого есть показания. В идеальных вариантах это должен быть вертолет, но в наших реалиях есть только автомобили скорой помощи, которые доставляют специалистов туда, где в них нуждаются.

Недавно был непростой вечерний выезд в Сватово. Пациентка – беременная девушка. Если мне не изменяет память — 38 неделя. У нее было разлитое воспаление области шеи из-за несвоевременного лечения, а в перспективе и удаления зуба на нижней челюсти. Она занималась самолечением, что не дало результата. Мы понимаем, что такое роженица – это, когда в твоих руках не одна жизнь, а две. Естественно, во внимание был поставлен также главный специалист геникологической службы, ведь это ЧП. Когда человеку нужно рожать, а она ложится в хирургическое отделение с совершенно другой патологией и это угрожает не только ее жизни, а и ребенку. Все это происходило во время страшных пожаров, охвативших область. Мы приехали на место — там горят поля, а кислородные баллоны находятся в непосредственной близости от очага. Хотел бы выразить благодарность небезразличным людям, которые перепахивали эти поля, чтобы огонь не добрался до больницы и не случилась беда. Что касается операции, то все прошло хорошо – все живы и здоровы, родился мальчик. Как видите, в нашей работе бывает всякое.

Какими качествами, по-вашему мнению, должен обладать врач?

Врач – такой же человек, как пожарный, полицейский или инженер. Прежде всего, это доброта, отзывчивость и порядочность. Почему я перечислил именно эти качества. Здравоохранение в странах постсоветского пространства – это не всегда идеальные условия для работы, полное оснащение и так далее. Работа врача предполагает высокую ответственность и самопожертвование во многих принципиальных вопросах. К примеру, у врача не бывает четкого графика работы, рабочий день может начаться утром, а закончиться поздно ночью, потому как невозможно прервать операцию и отнестись к этому всему халатно, ведь на кону человеческая жизнь.



Какие пациенты к вам приходят, и какие у них особенности?

Это пациенты с челюстно-лицевой патологией и челюстно-лицевыми травмами. В частности, перелом челюсти, воспалительные заболевания костной ткани, различные кисты, гнойно-септические осложнения и т.д. Также пациенты приходят для восстановления зубного ряда. Сейчас популярна такая современная методика, как дентальная имплантация. Это операция, при которой можно восстановить жевательную эффективность зуба путем установки титанового импланта. Определенное время он приживается в полости рта, через 4-5 месяцев делается поэтапное лечение и пациент надевает ортопедическую конструкцию в виде метало-керамической коронки или какой- либо другой. Кроме прочего, мы проводим все амбулаторные операции, касающиеся компетенции стоматолога-хирурга.

Расскажите о современных возможностях челюстно-лицевой хирургии. Что применяете на практике?

За последние двадцать лет в Украине, как и во всем мире активно развивается дентальная имплантация, но не всем пациентам эта методика показана и не всегда можно ее использовать.

На практике мы также используем такую методику, как наращивание костной ткани. Это и операция синус-лифтинг — поднятие и наращивание костной ткани в тех местах, где проходит гайморова пазуха, это и направленная костная регенерация, когда после длительного периода отсутствия у пациента зубов идет атрофирование костной ткани и для установки дентального импланта не всегда хватает ее объема. Стоматолог-хирург проводит данную операцию, как под местным, так и под общим наркозом.

Часто пациенты избегают похода к врачам по причине недоверия. Как выстроить контакт между врачом и пациентом? Есть ли у вас свой метод?

Недоверие может возникать из-за разных моментов. Например, сейчас много информации в интернете и многие пациенты занимаются самолечением, пытаясь разобраться в проблеме без помощи докторов. В то же время у врача на вопрос пациента может быть свой ответ, что порождает диссонанс во мнениях и, соответственно, недоверие. Самая главная проблема в том, что на государственном уровне проводится недостаточная просветительско-профилактическая работа. Если несколько десятков лет назад на предприятия приезжали целые делегации из специалистов и проводили презентации и т.д., то сейчас это делается гораздо реже. У нас часто люди приходят в больницу, когда не помогают народные средства, интернет, советы соседей и близких.

Что касается доверительных отношений. Я стараюсь в своей работе относиться к пациенту так, как бы хотел, чтобы относились ко мне. Если пациент приходит к нам, я ему благодарен, ведь он доверяет свое время, свое здоровье, свою жизнь. Это большая честь не только для меня, а и для любого другого врача!

Как известно, успех лечения на 51% зависит от работы врача, на 49% от работы пациента. Если пациент пришел, то у него и у врача есть 5 минут на консультации, чтобы субъективно понять подходят ли они друг – другу. Если есть сомнения и недоверие, то какой бы знаменитый, нахваленный и квалифицированный специалист перед вами не был, лучше извиниться и найти другого профессионала, которому вы доверите свое здоровье. В то же время, если врач понимает, что он на консультации не смог донести до пациента свою точку зрения и план лечения, что человек его не воспринял, нет ничего постыдного предложить другие варианты и других специалистов. Важен результат.

О страхах пациентов мы поговорили. А какие у вас страхи, как у практикующего врача?

Как я говорил ранее, есть немаловажный фактор доверия между пациентом и врачом. Основным опасением, как у меня, так я думаю и у других коллег, является неоправдание доверия пациента, когда после твоей работы появились осложнения. Ведь давайте говорить откровенно, такое тоже бывает. Не ошибается тот, кто ничего не делает. Естественно, после каждой предстоящей или проведенной операции врач взвешивает свои силы, состояние пациента и его настрой, и только после того, как семь раз отмерил, один раз отрезает. Страх кроется в невыполнении поставленной задачи, что привело не к улучшению самочувствия пациента, а к его ухудшению.



Насколько сложно совмещать работу практикующего врача и преподавание в медуниверситете?

Не сложно, когда понимаешь, о чем говоришь. Скажу более, студенты нашего Луганского государственного медицинского университета — самые лучшие. Я очень рад, что могу брать их в операционную, а не просто показывать все на пальцах или плакатах. К примеру, прошла тема, поступает пациент с данной патологией и появляется уникальная возможность для всех: пациенты могут рассказать студентам свой анамнез (Сведения об истории болезни, условиях жизни больного, перенесённых им заболеваниях и т.д. – Ред.), а студенты в свою очередь с юных лет развивают клиническое мышление, общаясь с пациентом в до и послеоперационном периоде. Это немаловажно.

Часто приходится слышать о дефиците кадров в ряде медучреждение области. Как Вы можете оценить сегодняшнее положение с обеспеченностью кадрами стоматологического отделения?

Отвечая на данный вопрос, мне не хотелось бы делать акцент на стоматологическом отделении. Проблема с нехваткой медицинских кадров наблюдается не только в Рубежном и Луганской области, но и по всей Украине. Из-за недостаточно высоких зарплат, из-за экономической ситуации в стране, многим врачам приходится выживать и переезжать в другие регионы, дабы сохранить свою жизнь. Плюс реформы, которые сокращают ставки медицинские. Молодое поколение заканчивает вузы и не знает, куда податься. Одни вынуждены устраиваться в частные структуры, другие же отучившись по 7-9 лет не связывают жизнь со своей специальностью. Конечно, это не допустимо и я думаю, что наша власть должна обратить внимание на проблему. Все профессии важны, но медики это особая профессия, в их руках жизни. Молодому поколению нужно давать дорогу, создавая новые рабочие места. При этом, ни в коем случае не сокращать врачей, которые не один десяток лет работают, ведь они – костяк. Они учителя, у которых молодые специалисты всегда могут спросить совет.

Какое будущее у медицины на Луганщине?

Хочется верить, что у нас все будет нормально. Что наконец-то появится областная больница, в том виде, в котором она должна быть. Что наконец-то создадутся новые рабочие места, новые ставки врачей, медсестер, санитарок. Что к нам приедут квалифицированные кадры. Что мы сможем также воспитать наших молодых специалистов и здесь будут базы стажировки. У нас настрой оптимистический. Мы верим в Украину и мы являемся патриотами, так как не уехали работать в другие страны, а остались в том регионе, где родились. Здесь сейчас непростые политические моменты, продолжается война, к тому же свои коррективы вносит пандемия.

Что вы изменили бы в существующей системе здравоохранения?

Для этого есть специальная группа людей, отвечающая за реформы и изменения. Скажу, что хотелось бы улучшить, сталкиваясь с нашими проблемами. Это, прежде всего, материально – техническая база. Каждый год выходят новые технологии, но и появляются новые заболевания. Хотелось бы чтобы в каждом регионе были центры, где наш представитель мог бы оказать консультационно-практическую помощь нуждающимся пациентам.

Считаю, что немаловажно создание онлайн-пространства. Сейчас время цифровых технологий и не всегда человеку нужно ехать 100-200 километров и ждать в очереди, чтобы его посмотрел специалист. Онлайн-консультации это вполне выполнимая задача и не требует огромных финансовых вливаний.

Также отмечу, что установка компьютерных томографов и панорамных аппаратов в медучреждениях, позволит заблаговременно выявлять патологию. Своевременное выявление любой проблемы существенно снижает период заболевания и период реабилитации пациента.



Как на вашу работу и на работу вашего отделения повлияла пандемия COVID-19? Получают ли пациенты во время карантина квалифицированную медицинскую помощь?

Это актуальный вопрос на сегодняшний день. Сейчас уже вторая волна, которая гораздо страшнее, той, которая была весной. Мы ежедневно наблюдаем страшную статистику, многие отделения переполнены. На сегодняшний день Рубежное находится в красной зоне, а это значит что вся плановая хирургия, все плановые операции, которые не требуют срочного вмешательства, запрещены или отменены. Исходя из этого, я обращаюсь к жителям города и всей области. В период острой фазы пандемии, максимально снизьте свое появление в общественных местах. Больницы – места, в которых с очень большой вероятностью можно присоединить вторичную инфекцию, в т.ч. COVID-19. Уже есть летальные случаи среди наших коллег, которые не смогли пережить пандемию. Пожалуйста, плановую хирургию, то есть консультации и те вещи, которые можно перенести на месяц – отложите. Не подвергайте рискам ни себя, ни врачей.


Алексей Артюх

Читайте также: 
Врачи о коронавирусе на Луганщине: пандемия — это тот же пожар, но из других регионов к нам его тушить не приедут


Подпишитесь на «Трибун» в вашем TelegramFacebook и Youtube. Оперативно и лаконично о самом важном

https://tribun.com.ua/73979

Загрузка...

Похожие статьи:

Новости региона(Северодонецк, Лисичанск, Луганская область, Донбасс и т.п.)Медична реформа на Луганщині

Новости региона(Северодонецк, Лисичанск, Луганская область, Донбасс и т.п.)Из "ЛНР" бегут врачи

Новости РубежногоУстраивает ли вас качество медицины в г. Рубежное?

Трибун 1008 просмотров

Рейтинг: 0 Голосов: 0

Комментарии 1

0 гость #
23 октября 2020 в 12:01
Денищенко зачем-то нанял Черненко и Божич, чтоб писать на Зеленке статьи. Одного Дениска не понял, что такие "РАЗВОРОТЫ" уже не читабельны!)
Загрузка...